Непрофессионализм или заговор?

Что-то произошло в обычно сдержанной английской прокуратуре. Может, ей надоели требования допросить Березовского и обвинения в адрес Невзлина. Может, следствие закончено, и уже появилась полная уверенность, что ничего не изменить.

Короче, источник в Скотленд-Ярде сообщил Daily Mirror: «Мы на сто процентов уверены, что знаем, кто, где и как дал ему яд. Они оба заявили, что также заражены в результате заговора».

Приехали. Всем все ясно, кроме, разумеется, российской Генпрокуратуры и адвоката г-на Лугового, который и не думает, что «подозревают российских граждан».

То есть факты у Скотленд-Ярда есть. О них бессмысленно спорить, да и спорить-то не имело смысла уже давно. С той поры, когда стало ясно, что Литвиненко отравлен именно полонием-210 (как-никак, за весь ядерный век случаев, даже в России, неконтролируемой утечки такого рода материалов не было, а использование грязной маленькой ядерной бомбы для ликвидации человека подразумевает state sponsored terrorism). И особенно с тех пор, как стало известно, что полоний этот ввез через Германию Дмитрий Ковтун, а влили его в напиток в той комнате, которую занимал Андрей Луговой.

А вот дальше начинается самое интересное. После убийства Троцкого не было сомнений в заказчике преступления. Никто не рассуждал на тему о том, сам ли Сталин отдал приказ о расстреле или это были какие-то левые люди из НКВД, которые хотели Сталина подставить перед Западом. И после того, как пиночетовские ребятки ликвидировали Орландо Летельера, Пиночет опять-таки не предлагал помощь в расследовании и не требовал по этому случаю выдать его убийцу Луиса Корвалана.

Здесь же все наоборот - несмотря на то, что все обстоятельства преступления следователям ясны, по их же словам, о причинах, к нему приведших, по-прежнему можно только гадать.

Дело даже не в том, что это преступление, мол, вредит президенту Путину в глазах Запада. Этот аргумент вряд ли годен: отмена выборов и "дело ЮКОСа" повредили Путину не меньше; да и убийства врагов авторитарной власти еще никогда самой авторитарной власти не вредило.

Но есть, по крайней мере, одно громкое отравление, которое совершенно точно стало большим ударом для Путина: я имею в виду отравление бывшего охранника президента Романа Цепова. Романа Цепова отравили, когда он вмешался в процесс дележки ЮКОСа, и, похоже - как бы ни была эта смерть трагична для президента - тот не захотел или не имел возможности разобраться с убийцами. Да и из того немногого, что известно о расследовании убийства Анны Политковской (а убийства Политковской и Литвиненко слишком вызывающе близки), складывается впечатление, что президент искренне хочет узнать, кто ее убийца.

Получаются как минимум две версии того, что могло произойти. Одна - заговор. Заговор «партии сторонников третьего срока», которые обеспокоены не просто преемственностью режима, а сохранением своего места внутри режима. В таком случае, организаторы убийства бросили полоний-210 как визитку. Они на то и рассчитывали, что он будет обнаружен, хотя даже в этом случае они вряд ли предполагали, что на визитке, кроме адреса, будут указаны еще ФИО Ковтуна и Лугового.

Другая версия - недосмотр. Наши силовики привыкли функционировать в условиях не просто правового вакуума - в условиях тотального непрофессионализма. Нанесен ракетно-бомбовый удар по Шарой-Аргуну? Прокуратура выясняет, кто бы это мог сделать. Ясен пень – выяснить невозможно. ОМОН на набережной в Геленджике избивал людей? Да что вы говорите, мы сейчас проверим, так ли это. Профессор Борис Жуйков назвал обнаружение полония «научным подвигом». В условиях, когда нельзя обнаружить не то, что полоний - ОМОН на набережной - легко себе представить, что сценарий отравления Литвиненко писали, как супертриллер; а потом пришел литературный критик в лице Скотленд-Ярда и все опошлил.

Пока лет через пятьдесят не раскроются архивы или не заговорят участники событий, определить, какая из версий является истинной, вряд ли возможно. Но вот что интересно – уже сейчас можно сказать, что непрофессионализм по своим эффектам неотличим от заговора. А заговор – от непрофессионализма.