Иркутск ввел налог на разруху и бездействие

С 1 января 2026 года в Иркутске начнет действовать туристический налог. Гостям города придется платить по 1% от стоимости проживания в гостиницах, отелях, хостелах, санаториях и даже кемпингах. Минимум — сто рублей в сутки. Через несколько лет ставка увеличится в пять раз. Власти ожидают, что за счет нововведения бюджет пополнится на десятки миллионов рублей.

Звучит вроде бы неплохо: деньги, поступающие от туристов, должны пойти на благоустройство, развитие инфраструктуры, улучшение городской среды. Но где, собственно, эта среда? И за что вообще платить в Иркутске, кроме как за возможность добраться до Байкала?

Иркутск называют «столицей Прибайкалья», «воротами к Байкалу». На деле — это город, которому стыдно смотреть в зеркало. Разбитые дороги, проваленные ямы, вечная грязь и пыль. На центральных улицах — перекошенные люки, лужи после каждого дождя, обочины, заваленные мусором. За многие участки полотна уже не просто стыдно, за них хочется извиняться перед каждым, кто сюда приехал.

Архитектурное наследие, которым мэрия любит гордиться, — в плачевном состоянии. Старинные здания, многие из которых могли бы стать туристическими точками притяжения, годами стоят с натянутыми брезентами под видом реконструкции. Под этими тряпками прячут гниль и безразличие. Работы не ведутся, а фасады ветшают. Город будто намеренно скрывает свои раны, но делает это топорно.

Посетить в Иркутске особо нечего. Несколько храмов, набережная Ангары, пара музеев. Всё. Туристы сюда едут не ради города, а ради Байкала. Иркутск для них — всего лишь перевалочный пункт, ночевка перед поездкой на озеро. И именно за эту ночевку им теперь придется платить дополнительный налог.

Аргумент о том, что туристический сбор пойдет на благоустройство, звучит издевательски. У города и так есть бюджет, но даже из имеющихся средств за последние годы не сделано ничего заметного.

Трамвайный парк обновляется «на коленке»: ставят старые кузова на древние тележки и выдают это за модернизацию. Последние по-настоящему новые вагоны Иркутск видел десятилетия назад. В то время как соседние города, даже меньшие по размеру, активно закупают современные низкопольные трамваи и троллейбусы, здесь гордятся единичными устаревшими моделями, выкрашенными в свежий цвет.

Для сравнения: в Новосибирске за последние годы обновили более пятидесяти трамваев, в Улан-Удэ закупили серию новых двухсекционных вагонов, в Красноярске строят новые линии. А Иркутск? В Иркутске хвалятся тем, что смогли поставить на рельсы один «перелицованный» вагон советского образца.

Иркутская мэрия тронулась, трамвайные пути остались

Разбитые улицы стали символом Иркутска. Каждый год мэрия обещает ремонт, каждый год все заканчивается на словах. Даже после того, как Госавтоинспекция штрафует администрацию за плохое состояние дорог, ничего не меняется. Недавний пример — массовое столкновение восьми машин из-за неубранного снега. И это не окраина, а часть городского округа.

Никаких системных решений нет. Дороги ремонтируются «латками», которые держатся до первой весны. Деньги уходят, а качество не меняется.

Власти рассуждают: если каждый турист заплатит хотя бы сто рублей, в бюджет поступит тридцать миллионов. При этом даже не скрывают, что туристов в Иркутске немного — чуть больше трехсот тысяч в год. Почти все они приезжают ради Байкала. Без Байкала этот город не был бы туристическим вовсе.

Вместо того чтобы сделать Иркутск местом, куда хочется вернуться, чиновники решили начать с поборов. Это не развитие, это паразитирование на географии. Власти словно говорят: «Раз приехали — заплатите. А за что, нас не волнует».

За последние годы горожане не увидели ни одного крупного проекта, который действительно изменил бы Иркутск. Нет новых общественных пространств. Даже старые выглядят так, будто за ними никто не следит. Нет элементарной чистоты.

Введение туристического налога в Иркутске — это не забота о развитии, а признание бессилия. Город, не способный справиться даже с текущими проблемами, пытается собрать деньги с тех, кто приезжает его увидеть.