По рецепту Кровавого карлика
Если бы слова были материальны, то очень может быть, что мы бы уже давно жили в процветающей, богатой, правовой и демократической стране. Сколько чудесных и правильных слов произносят большие и маленькие начальники!
Как замечательно говорил недавно Владимир Путин о сталинских репрессиях: «Репрессии, тем не менее, имели место быть. Это факт. От них пострадали миллионы наших сограждан. И такой способ управления государством, достижения результата – неприемлем».
А президент Медведев и того круче: «Если говорить о Сталине и о лицах, которые работали под его руководством, руководителях Советского Союза того периода, то они совершили преступление, это всем понятно и очевидно, преступление и перед своим народом, прежде всего, и в известной мере перед историей».
Послушав все это, так и хочется сплотиться еще теснее и шагать во имя и на благо для. Только соберешься с остатками державно-патриотических чувств, а тут Путин и огорошит: «Очень много дискуссий в обществе. И засада здесь есть – скажешь положительно, одни будут недовольны, скажешь отрицательно – другие». Действительно, как тут быть? Тяжело жить без собственного мнения. Как всем угодить?
Впрочем, все это только слова. Хороший политик говорит их много: одним – одно, другим – другое. Чтобы каждый услышал то, что ему хочется, и все, по возможности, были довольны. А уж дела он делает независимо от того, что говорит. Реальная политика, ничего личного.
Чтобы были довольны силовики, которые не могут справиться с терроризмом, но мечтают кого-нибудь наказать, Дмитрий Медведев предложил усилить уголовную ответственность за терроризм и фактически приравнять к террористам их родственников. Дословно президент Медведев выразился так: «…на мой взгляд, по террористическим преступлениям нужно создать такую модель, когда любой, кто помогает – не важно, чем он занимается: суп варит или одежду стирает, – он уже не просто преступник, а он совершил законченный состав преступления».
Сказано – сделано. Сказано президентом, сделано в Совете Федерации. Здесь разработан законопроект, предусматривающий введение уголовной ответственности за пособничество террористам. Как объяснил Интерфаксу автор этой законодательной инициативы, первый заместитель главы комитета по правовым и судебным вопросам Михаил Капура, речь идет об уголовной ответственности для лиц, которые предоставляют террористам кров, еду, одежду и тому подобное. К «тому подобному», вероятно, можно отнести медицинскую помощь, духовное окормление и просто слова сочувствия.
«Зачастую это играет ключевую роль в исходе операции против террористов и боевиков. Ведь долго без помощи местных жителей в лесу не просидишь и по горам не побегаешь», – говорит законодатель Капура. Тонкое наблюдение. Но это еще не все. Наблюдательный Капура догадался, почему местные жители так себя ведут. «Здесь очень сильные обычаи и традиции, и один из обычаев, имеющих глубокие исторические корни, заключается в том, что ты обязан впустить в свой дом незнакомца, напоить его, накормить, в противном случае тебя могут осудить односельчане», – пояснил Капура.
Собственно и дел-то: всего лишь отменить национальные традиции гостеприимства. И не с такими задачами справлялись! Неизвестно, приходилось ли адвокату Капуре самому бороться с национальными обычаями, но раньше это делалось запросто. А если не получалось или возиться не хотелось, то всю нацию как подозрительный контингент могли сослать в места неудобные для жизни.
Однако еще прежде, чем решили наказывать скопом целые нации, генеральный комиссар государственной безопасности Николай Ежов, прозванный за свою жажду крови и маленький рост Кровавым карликом, догадался считать виновными всех жен и детей «изменников родины». Их без суда и следствия сажали в специальные концлагеря. Тогда традиции семьи поломали очень быстро. Жены на производственных и партийных собраниях публично отказывались от своих арестованных мужей. Дети на пионерских слетах клеймили своих отцов. Для многих это было единственным способом избежать концлагеря.
За предложениями представителя калмыцкого президента адвоката Капуры угадываются очертания выстроенной Кровавым карликом системы. Делишь кров или ложе с террористом – получай срок. Сказал чихнувшему террористу «будь здоров!» – уголовная статья. Законодателя здесь явно не интересует вопрос личной вины. Он заинтересован лишь в массовости антитеррористических репрессий и возможности запугать окружающих террористов людей.
Возможно, кому-то это даже покажется эффективным оружием в борьбе с терроризмом, но при этом необходимо помнить, что институт коллективной ответственности не укладывается в рамки закона. Из самых свежих примеров в этом ряду вспоминаются карательные операции против жителей чеченских сел в наказание за пребывание там боевиков. Если взглянуть чуть глубже в историю, то нельзя не вспомнить об уничтожении во время Второй мировой войны целых деревень за то, что в них останавливались партизаны или, наоборот, жители сотрудничали с оккупационным режимом. Причем практиковались эти карательные акции различными противоборствующими сторонами.
Имеется ли будущее у законодательной инициативы г-на Капуры, пока до конца не известно. Но уже сейчас понятно, что антисталинская риторика первых лиц государства и даже отказ от портретов Сталина на предстоящих в мае торжествах вовсе не означают решительного и окончательного отказа от использования инструментов сталинской системы управления.
