"С Ходорковского взять уже нечего"

Новый иск к Ходорковскому может свидетельствовать либо о неадекватности, либо о "спецзаказе", полагает адвокат экс-главы ЮКОСа.

Защита экс-главы ЮКОСа уверена, что иск миноритария к Ходорковскому и Невзлину о компенсации понесенного из-за банкротства компании ущерба "вдохновлен" следствием. Но если разбирательство состоится, оно может стать хорошим поводом указать истинных виновников краха компании.

Адвокаты бывшего совладельца ЮКОСа Михаила Ходорковского распространили заявление в связи информацией о подаче против их подзащитного иска в 930 тысяч рублей, при помощи которого возмещения ущерба и компенсации морального вреда требует бывший миноритарный акционер компании ЮКОС, считающий, что именно Михаил Ходорковский и Леонид Невзлин стали виновниками банкротства компании.

"Смешно наблюдать за суетливыми движениями господина Каримова, пытающегося из-за чужих спин и чужими руками дирижировать рассмотрением в суде абсурдных обвинений, сфабрикованных им в 2007 году", — так начинается короткое заявление адвокатов Михаила Ходорковского по поводу сообщения о намерении одного из акционеров ЮКОСа добиться от их подзащитного и его компаньона Леонида Невзлина компенсации в 930 тысяч рублей. Именно следователя Генеральной прокуратуры России Салавата Каримова защита считает автором второго уголовного дела против Ходорковского и Лебедева (о хищениях нефти и легализации преступно нажитых средств), которое рассматривается сейчас в Хамовническом суде Москвы.

Об иске, напомним, стало известно поздно вечером в понедельник. Пресс-секретарь Мосгорсуда Анна Усачева сообщила, что в Пресненский районный суд Москвы поступило заявление некоего Владислава Чернышева. В нем, в частности сообщается, что в 2001 году Чернышев приобрел акции ЮКОСа, но из-за банкротства компании они "сгорели". Виновниками этих событий заявитель считает Ходорковского и Невзлина, а потому намеревается добиться от них возмещения материального ущерба— 465 тысяч рублей, — и компенсации морального вреда на такую же сумму.

"Мы не видели пока никаких документов, — говорит адвокат Михаила Ходорковского Вадим Клювгант. — Если представить себе, что заявление действительно существует, то представляется, что адекватный человек, даже если он очень хочет денег, не мог подать такой иск. Нельзя не понимать, что с Михаила Борисовича Ходорковского ничего получить уже нельзя — у него уже все отобрали. Поэтому кажется, что опять мы имеем дело с каким-то специальным иском, специально подобранным, назначенным истцом, то есть с каким-то спецпроектом, очень похожим на попытку манипулирования со стороны людей, которым непонятно, как прятать концы в воду. Если, тем не менее, судебное разбирательство состоится, оно станет очень хорошим поводом поговорить обо всем, что сделано с ЮКОСом — кто его обанкротил, почему его обанкротили, куда делись активы, что куда "прилипло" по дороге и кто на самом деле является виновником всего этого. То есть кому, собственно, нужно было бы адресовать вопросы и претензии".

В свою очередь пресс-секретарь другого потенциального ответчика Леонида Невзлина Ирина Долгина заявила, что иск подан не по адресу и назвала тех, кто должен, с ее точки зрения, стать ответчиками по этому делу. "И Ходорковский, и Невзлин являются жертвами так называемого "дела ЮКОСа", которое полностью сфабриковано под руководством Кремля, — утверждает представитель бизнесмена. — Таким образом, подобные иски должны направляться в адрес господина Путина и его товарищей, которые несут полную ответственность за банкротство и разграбление компании".

Платону Лебедеву, который сейчас делит с Михаилом Ходорковским скамью подсудимых, требований о компенсациях не предъявлено. Адвокат Лебедева Елена Липцер этому совсем не удивлена — ее подзащитный с 1999 года вообще не работал ни в одной из российских структур.

Ну а в Хамовническом суде Москвы прокуроры продолжают представлять доказательства стороны обвинения. В том числе — договоры о поставках ЮКОСом нефти в Россию и за рубеж. Это обстоятельство приводит адвокатов в еще большее недоумение: о каком тайном хищении нефти можно говорить, если все движение ее можно отследить по официальным документам?