Плавный переход в выгребную яму

Основной газовой войны Белоруссии и России таков: колоссальный информационный ресурс властей оказался бессилен в борьбе с хаотичными, но обильными выступлениями оппозиции, со всех сторон пускавшей торпеды по правительственной экономической авантюре. В России любят Белоруссию, в России многие хотели бы видеть Лукашенко преемником Путина, в России граждан Белоруссии считают «своими», «членами семьи». Массы в упор не понимают, на кой нужно навязывать Белоруссии «рыночные», «европейские» или так называемые «внутренние» цены. Натиск на Белоруссию не добавил популярности российской правящей элите в собственной стране.

Весь балверк проправительственных СМИ изощрялся в аргументах: «Вы еще не знаете, как продает и перепродает наши топливно-энергетические ресурсы клика Лукашенко! Вы еще не знаете, как растит она на дешевом сырье заводики, являющиеся конкурентами нашим, российским! Вы еще узнаете!» Более патетичные романтики изощрялись в обвинениях и вовсе уж странного типа: «Как же они могли предать нашу старинную дружбу?! Как же они могли урыть наш добрый союз?!»

Лукашенко — молодец. У него поучиться бы нашим правительственным медузам. Он не боится драться за интересы своей страны и своего народа.

В одной официозной статье было сказано: белорусские боссы хвастаются, что граждане страны платят за газ в год стоимость бутылки минеральной воды, ну а теперь будут платить, в худшем случае, стоимость двух бутылок... Иными словами, не о народе дума у батьки, Лукашенко и его администрация имеют к нашему газу не национальный, а... скажем так, трефовый интерес.

Так оно, или нет, я не знаю. Но и авторы официозов тоже, полагаю, не знают...

Ну а теперь давайте разбираться.

Большинство населения Белоруссии составляют русские и иные представители коренных народов России. Иными словами — наши. Наша родня. Наши единоплеменники и единоверцы. Зачем нам драть с них «вторую бутылку минералки»? Со своих? Не уверен, кстати, что дело обстоит столь феерично: знакомые из Белоруссии сигналят о более тяжелых потерях на массовом уровне. Допустим, мы деградировали до уровня плоских «деньгорадов» и хотим слупить с картофельной республики мелочишку на поправку нашей экономики и социальной сферы? Некрасиво, но хотя бы резонно. Один из официозных авторов, теряя рассудок от верноподданнических чувств, возопил: «А вы знаете, как важен каждый нефтедоллар для нашего бюджета?»

Ну-ну. Российские нефтедоллары, конечно, важны. Слов нет, как они важны! Только не для нашего бюджета. Наш суперпрофицитный бюджет подобен кораблю, наполнившему трюмы половинным грузом и отправившемуся в плавание, оставив, к удивлению портовых рабочих, вторую половину в гавани...

Давайте скажем правду:

Все деньги, которые выложит белоруссия, будут погребены в Стабфонде. Народ России не получит из этих сумм ни копейки.

На повышение зарплаты нищим бюджетникам и офицерам они не пойдут.

На строительство дорог, линий метро, аэродромов они не пойдут.

На улучшение медицины и образования они не пойдут.

На вооружение они не пойдут.

На дешевое жилье они не пойдут.

На фундаментальные исследования они не пойдут.

На модернизацию заводов, фабрик, электростанций они не пойдут.

На поддержку объектов культуры и туризма они не пойдут.

На пенсионные расходы они не пойдут.

На геологоразведочные работы они не пойдут.

На решение демографической проблемы они не пойдут.

А куда же они отправятся?

Во-первых, небольшой процент будет израсходован на коттеджное строительство рублевского быдла.

Во-вторых, еще меньший процент пойдет на зарплаты журналистам, которые сейчас воют, что так и нужно.

В-третьих, основная масса этих денег ляжет мертвым грузом на дно стабфондовского сундука, созданного с одной-единственной целью: вывести из обращения значительную часть долларовой массы, чтобы сократить проценты долларовой инфляции.

Добавить нечего.

А теперь зададимся вопросом: кому выгодно ободрать Белоруссию русскими руками и ничего не дать самим русским по результатам обдираловки?

Ну вот, добрались и до правды...

Недавно президент РФ Путин подвел итоги газовой войны с Белоруссией следующими словами: «Главный итог — плавный переход к рыночным отношениям».

Представим себе семью, построенную на рыночных отношениях: мать берет с отца за ужин по европейскому тарифу, сама расплачивается с дочерью по внутреннему тарифу за помощь в уборке, кредитует сына на целевые расходы и ежемесячно выкладывает деду договорную плату по аренде. Супружеские отношения идут по бартеру, но сверхурочные, конечно, оплачиваются. Впрочем, это еще цветики. Вот приходит к деду сосед и говорит: «Не нравится мне, что твоя семья живет так богато. Обдери ее, как липку, а я тебя покатаю на мерсе. Целых два раза». Дед, воодушевившись свежей рыночной стратегией, удваивает арендную плату, несет деньги соседу, а тот и говорит: «Да мне эта мелочь ни к чему. Поступи бескорыстно: выброси свои копейки в мусоропровод».

И купюры летят в трубу...