Связистка Сталина и Жукова живет в Иркутске

Иркутянка Анна Федоровна Космачева-Селезнева легко говорит на немецком. Во время войны соединяла по спецсвязи Сталина и Жукова. А бывший член КПРФ, спикер Госдумы Геннадий Селезнев – ее племянник.

Родилась Анна Космачева в Сосновоборске, в Пензенской области, там и росла с родителями и четырьмя братьями и сестрами. Времена были тяжелые, хлеб выдавали по количеству ртов в семье, дети ходили полуголодные. Однажды Аня увидела, как их сосед – председатель колхоза Иван Иванович Краснов – кормит своих овец хлебом. Девочка была поражена увиденным. Тогда-то ей и пришла в голову мысль пожаловаться, и не кому-нибудь, а самому Сталину!

Написала письмо и отправила... Через какое-то время в колхоз пришел ответ из ЦК партии. К ним домой постучались, открыл двери отец:

– Где ваша дочь Анна?

– Не знаю, у Маруськи, наверное, а что?

– Она Сталину письмо писала, ей ответ пришел, пусть в парткомитет придет.

Что именно было в письме из Москвы, Анна Федоровна уже не помнит, но в конце была приписка – приглашение учиться в вузе после окончания десятого класса.

Закончив школу, Нюра никуда не поехала, началась война.

А Краснов воевать не пошел, скрывался у какой-то старухи за деньги в Воронеже (об этом она узнала случайно), числился пропавшим без вести. Его жена и сын получали пособие. Такой несправедливости Анна Федоровна по сей день не может забыть.

Сама же она с подружкой Марусей пошла в военкомат и записалась в добровольцы, прошли курсы противовоздушной химической обороны и пошли на фронт. Воевать не пришлось, подружка заболела, и ее отправили обратно, а молоденькую Аню отвезли в часть под Калугой и оставили в связистках.

"Я должна была поднимать трубку и выполнять приказы, – рассказывает Анна Федоровна, – я постоянно слышала голоса то Сталина, то Жукова. Позывной Иосифа Виссарионовича был "сокол", а Георгия Константиновича – "жук". Сталин всегда был такой важный, неторопливый, размеренный, а Жуков – торопыжка, ну жук он и есть жук.

У меня звенел телефон, я брала трубку и слышала: "Я сокол, немедленно жука!", "Найдите жука" или "Жук вызывает сокола". Ну я и соединяла, вот и все наше общение.

Я проработала там два месяца, после чего заставили поехать в село Русский Качин преподавать в 7-летней школе. Учила детей немецкому, истории, географии. Образования педагогического у меня нет, так, что знала, то и рассказывала. А по-немецкому меня отец научил, да и в школе я на пятерки училась.

Сама на знаю как, но я почему-то до сих пор легко понимаю и говорю на немецком. Я сейчас продаю мороженое на Центральном рынке, и когда вижу немцев, то всегда разговариваю. Объясняю им дорогу, рассказываю о городе. Они очень довольны, что в Иркутске на улице встречают человека, с которым можно запросто поговорить. Даже открытки мне из Германии присылают, в гости зовут...

В 1948 году я вышла замуж. Вернее, сошлась с овдовевшим Дмитрием Селезневым. У нас родились два сына, один сейчас живет в Иркутске, а другой в Кузнецке. У меня есть внуки и правнуки.

А Геннадий Селезнев – мой племянник. Он сын брата моего гражданского мужа. Когда Гена в Иркутск приезжал, я к нему на встречу ходила, но он меня не знает. Отец его умер, моего Диму он не знал, так как тот тоже умер. Я ему про нашу общую родню рассказала, он про свою жену, детей. В какой-то газете нашу фотографию напечатали.

В школе я проработала до 1983 года. Теперь езжу туда каждый год на День учителя, все собираемся, празднуем. Кстати, с 9 Мая меня правительство не поздравляет, только коллеги из школы присылают открытки с красивыми стихами".

– А почему правительство не поздравляет, вы же ветеран?

– А потому что, когда я была молодая, у нас сгорел дом, документы тоже сгорели. Вот я теперь и не числюсь нигде. Раньше несколько раз пыталась восстановить их, в Подольск писала, как меня в военкомате учили, но ответа так и не было. А теперь плюнула. Это раньше мне не повредили бы ветеранские льготы, а сейчас я как ветеран труда их имею. Вот так.

С деньгами у нас раньше вообще интересные истории были, это когда еще бабушка моя жива была. Я после смерти мужа Дмитрия (он был фронтовиком) хотела оформить документы, чтобы дети могли пенсию по утрате кормильца получать, а бабушка не давала. Она говорила: "Деньги – чертовы ведьмы, не берите их в руки". Она деньги не признавала, очень набожная была, и если нас не оказывалось дома, когда пенсию приносили, то она их рвала и выбрасывала. И ничего, обходились, так что я на свою нынешнюю жизнь не жалуюсь, да и на прошлую тоже.

В Иркутск я приехала 10 лет назад, сына навестить, и неожиданно, первый раз в жизни официально замуж вышла. Вот и живем тихо-мирно вдвоем, а деньги, которые я на рынке получаю, отправляю внучке в Кузнецк и правнукам посылки собираю.