Самобытный народ голендры живет в Заларинском районе
Заларинский район - единственное место в России, где живет самобытный народ - голендры. Три деревни - Пихтинск, Средний Пихтинск и Дагник - станут частью этнографической экспозиции "Московский тракт периода столыпинской реформы", которую откроют в следующем году.
Самая глубь Заларинского района. Настоящий медвежий угол. Единственное место в России, где живут голендры. Селились глубоко в тайге, соблюдая отцовские традиции, называли детей непривычными для здешних мест именами: Эмилия, Нелли, Зигмунд, Рудольф. И до сих пор здесь не любят чужаков, пришлых людей.
История этого народа началась еще в 16 веке. Предполагается, что предки голендров обитали в Восточной Пруссии. В низовьях реки Великий Буг. С тех пор голендров называют бужскими.
- Вот именно после 1904 года начинается заселение заларинских, хор-тагнинских волостей Иркутской губернии Балаганского уезда. Освоение земель началось, переселенческое управление выделяет участки в Присаянье. Вот я показываю архивные документы, зафиксировавшие выдачу земельных участков, - говорит краевед Галина Макагон.
Пихтинск Верхний. Местная достопримечательность - музей. Хранительница старины Наташа Людвиг. Тоже из здешних. В Пихтинске и родилась, и выросла. Иногда в Пихтинск приезжают туристы, и тогда Наташа Людвиг проводит в музее экскурсию.
Это "жилая комната" - кровать застелена тканым покрывалом. Все белье хозяйка непременно вышивает. Крестом и гладью:
- Каждая женщина готовит для своей дочери приданое. Вышивает для нее такие три большие подушки и одну маленькую. Я и сама вышиваю. У меня три дочери, и мне нужно будет вышить три наволочки. Я уже начала. Долгими зимними вечерами.
Как здесь справляют свадьбы, заларинский краевед Галина Макагон знает очень хорошо. Много лет она изучает традиции древнего народа. Вот - красный, свадебный, угол, и украшен по-особому:
- Этот брусничник, который накануне молодые ребята специально собирают в лесу и сплетают вот в такие косы. Бурывник он у них называется по-голендровски.
Это городским кажется, что жить в Пихтинске скучно. А голендры все как один утверждают, что и не нужно им никакого веселья. Вот и дед Адольф съездил пару раз по делам в Иркутск и - разочаровался:
- Не нравилось. Ну, мне и сейчас не нравится город. Я вот и управляющим работал - поеду, в город поеду, Не.... лучше на месте. Не нравилось мне.
Дед Адольф Кунц в Пихтинске "последний из могикан". Потому что он, пожалуй, единственный, кто свободно говорит на языке голендров. Грамоте Адольфа Михайловича научила его мама. Азы науки постигали темными вечерами, при лучине. На память о тех временах вот такая самодельная азбука. Учились маленькие Кунцы даже во время Великой Отечественной, несмотря на страшный голод и усталость:
- Во время войны-то все переели, конечно, всю лебеду и все на свете. Ну и работали, конечно, день и ночь, хоть мы и дети. Мне 12 лет было - я уже за плугом пошел. Приходилось пахать. Телят обучишь и пашешь в колхоз. Война ведь.
Самая ценная вещь в избе, доставшаяся в наследство от родителей, - вот эти книги. Каждой - более ста лет. По вероисповеданию голендры лютеране:
- Ну, вот это примерно "модлитвенник", все "модлитвы" там. На каждый день - на утро, на вечер. А это - ксенжки.
На старости лет Адольф Кунц стал настоящим философом. Все чаще размышляет он об истории своего народа. Жалеет о том, что мало расспрашивал стариков, пока те были живы. Правда, один разговор с заларинским первопроходцем по фамилии Зелент хранит в памяти до сих пор:
- Я его спросил, этого Зелента: "Ну все-таки, как, чего, кто мы такие? Как все равно без фамилии, без нации живем! Ну, какая у нас нация? Кто как вздумает! Один сын немцем запишется, второго - украинцем, третьего русским! Одна ведь семья, один отец, одна мать. А как все равно живем мы без нации". Когда этого Зелента стал спрашивать, он все одно толковал: "Выходцы мы с Голландии. Мы голландцы местные".
И уже окончательно решено - быть Пихтинскам и Дагнику в составе этнографического кольца. Этот проект, посвященный Столыпинской реформе, заработает следующим летом.
