Город на берегу Байкала тонет в бытовом мусоре
В Слюдянке резко увеличились тарифы на услуги фирмы, которая на своем полигоне принимает машины, груженые отходами. В муниципальном бюджете нет средств, чтобы восполнить эту разницу.
Полигон в Слюдянке по одну сторону шлагбаума, очередь грузовиков с бытовыми отходами - по другую. На свалку машины не пускают. Частное предприятие, которому принадлежит полигон, требует оплаты по новым тарифам за каждый кубометр привезенного мусора. Местные коммунальщики в шоке.
"Разница тарифов не позволяет платить в полном объеме. У них тарифы - 100 рублей, у нас - 9. Разницу никто не компенсирует", - сказал Сергей Чуйко, заместитель директора МУП "Тепловодоснабжение" Слюдянского МО.
Слюдянка теперь, в буквальном смысле, утопает в мусоре.
"Кругом мусор. Скоро опарыши поползут, мухота кругом. Зараза разносится", - жалуется Владимир Ахмадышев, водитель мусоровоза.
Мэр Слюдянки Алексей Шульц считает повышение тарифов необоснованным, и призывает горожан встать на сторону местной власти. В общем, в Слюдянке назревает народный бунт.
"Город сейчас вывозиться не будет. Машины так и будут стоять, потому что сваливать в другое место мусор мы не имеем права", - сказал Алексей Шульц, глава администрации Слюдянского МО.
Владельцы слюдянского полигона уступать не намерены. Руководитель фирмы утверждает: прежние тарифы не покрывали даже минимальных расходов, и долгое время городские отходы ввозили на свалку практически бесплатно. Перерабатывать и захоранивать мусор оказалось не на что, поэтому и подняли цену с 9 до 100 рублей.
"И эта сумма покрывает самые минимальные затраты по содержанию полигона. Мы согласны с ним. Будем работать - лишь бы платили", - комментирует Сергей Солдатов, генеральный директор предприятия.
"Не согласны!", - отвечают городские власти, и платить такие деньги частникам отказываются. За что, если, например, в Иркутске кубометр бытовых отходов на свалке принимают меньше, чем за 16 рублей. "Мусорная война" в Слюдянке длится с весны, и, как в любой войне, страдает, прежде всего, мирное население. Жить возле давно переполненных контейнеров, по меньшей мере, неприятно.
