Радиационные аварии на Енисее. Что скрывает Росатом?
Горно-химический комбинат, о котором мы не раз говорили в своих публикациях по теме радиационной безопасности, является градообразующим предприятием ЗАТО Железногорск - города, безропотно покоящегося под давлением Росатома, в структуры которого входит ГХК.
Ранее на БАБРе:
Железногорск: безропотно под властью Росатома
Сейчас ГХК работает под знамёнами мирного атома. Среди стратегических направлений работы комбината - создание завода по производству МОКС-топлива для «быстрого» реактора БН-800 на Белоярской АЭС и строительство Опытно-демонстрационного центра по радиохимической переработке ОЯТ с последующей перспективой строительства завода по переработке ОЯТ. Экологически-радиационная безопасность текущей деятельности ГХК оставляет желать лучшего, но мы сейчас хотим поговорить не о настоящем, а о прошлом - вернее, о последствиях прошлого.
Во время гонки вооружений между СССР и блоком НАТО мощности ГХК стояли на службе военной промышленности. Многие десятилетия комбинат занимался наработкой оружейного плутония. Плутоний нарабатывали на трёх военных реакторах - АД, АДЭ-1 и АДЭ-2, которые сейчас остановлены и выведены из эксплуатации.
Последний из военных плутониевых реакторов ГХК был остановлен в 2010 году.
По многочисленным свидетельствам учёных, экологов и сотрудников ГХК, во время работы военных реакторов вода охлаждения, содержащая радиоактивные частицы, напрямую сбрасывалась в Енисей в результате нештатных ситуаций. Речь идёт о тяжёлых зависаниях топливных стержней в каналах плутониевых реакторов, которые приводили к разрушениям этих стрежней и, как следствие, радиационным утечкам в Енисей. Указывается, что таких радиационных аварий на ГХК было минимум пять, но точное количество неизвестно.
Из-за прошлых аварий сейчас Енисей, одна из самых длинных и половодных рек мира, напичкан опасными изотопами с огромным уровнем активности. Радиоактивные частицы со временем ушли в донные отложения и почву, однако в случае наводнения они поднимутся на поверхность и тогда последствия повторного радиационного заражения предсказать будет сложно. Для понимания опасности: нахождение рядом с подобными частицами в течение нескольких часов обеспечивает годовую дозу облучения.
Стоит отметить, что для Росатома эта тема довольно острая. Отечественные атомщики категорически опровергают возможность подобных инцидентов и утверждают, что вода охлаждения всегда проходила через бассейны-отстойники. Но проверить это невозможно. Во-первых, деятельность ГХК до момента распада СССР засекречена. Во-вторых, Росатом, мягко говоря, не самая публичная корпорация. Прикрываясь государственной тайной, атомщики привыкли скрывать от населения нелицеприятные факты. Поэтому полагаться на «честное слово» Росатома не стоит.
Зато есть свидетельства того, что аварии на ГХК имели место быть.
В архивах сохранились воспоминания начальника бюро общественной информации Горно-химического комбината Павла Морозова, который говорит о том, что аварии на ГХК начали происходить уже в первые годы эксплуатации ядерных реакторов (то есть в 50-е), вследствие чего радионуклиды попадали в Енисей.
Многочисленные научные исследования и экспедиции указывают: Енисей напичкан высокооактивными частицами, представляющими угрозу для экологии и населения.
Учёное сообщество подтверждает. В частности, учёные Института биофизики Красноярского научного центра Сибирского отделения РАН во время специальной экспедиции обнаружили опасные «горячие» частицы на Атамановской косе: в этих зонах радиоактивного загрязнения зафиксирован самый высокий уровень онкологических заболеваний в Красноярском крае.
Свидетельские показания и исследования учёных указывают на то, что Росатом лжёт, когда отрицает радиационные аварии. Пока госкорпорация всё отрицает, в водах Енисея жителей Красноярского края поджидает масштабная радиационная опасность.
Читайте также:
Радиация и природные катаклизмы в Красноярском крае: накроет всех
