Луковников против майнинга: между запретами и льготами для BitRiver
Все чаще жители Бурятии остаются без света: то на несколько часов, а то и на несколько недель. В 2024 году нагрузка на электросети Бурятии выросла на 18%, а в Улан-Удэ — на 27%.
Власти объясняют это массовым переходом населения на электроотопление. Мол, люди пытаются сэкономить на постоянно дорожающих угле и дровах. Но экономия выходит боком: электросети просто не выдерживают натиска многочисленных котлов и обогревателей. Как итог — аварии и блэкауты, от которых страдают тысячи жителей республики.
Иркутские майнеры как удобное оправдание блэкаутов в Бурятии
Зампред правительства Евгений Луковников пытается убедить жителей Бурятии, что основная причина участившихся перебоев с электричеством в последнее время — это коварные майнеры из соседней Иркутской области. Энергодефицитная Бурятия вдруг становится донором для Приангарья, щедро делясь своими киловаттами. По версии Луковникова, иркутские добытчики криптовалют вытягивают последние соки из бурятской энергосистемы. При этом зампред уверяет, что в самой Бурятии майнинг «практически исключен».
Не перепутал ли чиновник причину со следствием? Ведь отключение электричества в больницах и домах жителей Бурятии — реальность, а майнинг в Иркутске — удобное объяснение, отвлекающее внимание от истинных причин кризиса. Одно из таких отключений произошло 11 августа, когда без электричества остались 156 населенных пунктов, в которых проживает около 126,9 тысячи человек. Причиной отключения стало срабатывание противоаварийной автоматики на Гусиноозерской ГРЭС.
Власти Бурятии не могут решить накопившиеся проблемы с изношенными сетями и дефицитом генерирующих мощностей, поэтому предпочитают искать козлов отпущения за пределами республики.
Когда под угрозой оказывается снабжение населения светом и теплом, майнинг действительно выглядит непозволительной роскошью. Кроме того, экономическая польза от этой деятельности для региона весьма сомнительна. Добытая криптовалюта утекает неизвестно куда, а износ сетей и потери электроэнергии остаются местным энергетикам и бюджету.
В начале августа 2024 года в России официально легализовали майнинг. Президент Владимир Путин подписал соответствующий закон, который вступит в силу с 1 ноября 2024 года. Юридическим лицам и индивидуальным предпринимателям будет разрешено заниматься майнингом после регистрации в специальном реестре, который будет вести минцифры РФ. Власти Бурятии, озабоченные энергодефицитом, должны были встретить этот закон с настороженностью. Но нет.
Цифровая лихорадка
В республике запускается гигантский дата-центр BitRiver мощностью 100 мегаватт, предназначенный в том числе для майнинга. Компания уже инвестировала в проект более 1,4 миллиарда рублей и явно рассчитывает на солидную прибыль. В Бурятии наблюдается острая нехватка IT-специалистов, многие из которых уже покинули регион. Высокооплачиваемые рабочие места в новом дата-центре, скорее всего, займут приезжие из других регионов или даже из Москвы.
Региональным директором проекта является депутат Народного Хурала, экс-зампред правительства Бурятии Вячеслав Цыбикжапов. Бурятские политики, оседлав крипто-волну, надеются извлечь из нее немалую выгоду. Пока обычные жители сидят без света, элита республики выстраивает новую экономику, основанную на «цифровом золоте». И все это под разговоры об энергосбережении и борьбе с майнингом.
BitRiver как резидент ТОР получает огромные налоговые льготы. То есть компания, потребляющая электроэнергию сравнимо с небольшим городком, фактически освобождена от налогов. Кто будет компенсировать эти потери? Ответ очевиден: жители Бурятии, которые и так платят за электричество по все возрастающим тарифам.
Складывается цифровая феодальная система: крепостные мерзнут впотьмах, а знать греется в лучах крипто-солнца.
Зампред Луковников также обмолвился о разработке республиканского закона, регулирующего майнинг. Однако история с BitRiver наглядно демонстрирует, что нормативные акты часто работают лишь на бумаге. Стоит ли верить чиновникам, которые одновременно борются с майнингом и активно содействуют его развитию?
Сами майнеры не считают себя виновниками проблем. Криптобизнесмен из Иркутска Юрий Дромашко справедливо отмечает: «Ни один киловатт не потребляется, если он не куплен. То есть энергетики сначала продали электричества больше, чем позволяют мощности, а потом говорят: нам не хватает». Если майнеры платят за потребляемую энергию по установленным тарифам, почему Луковников выставляет именно их главными злодеями?
Свет в конце тоннеля
Одними запретами и ограничениями проблему не решить. Бурятии остро необходимы дополнительные генерирующие мощности. И определенные надежды здесь возлагаются на модернизацию ТЭЦ-2 в Улан-Удэ, строительство новых энергоблоков на Гусиноозерской ГРЭС. Ожидается, что ввод в эксплуатацию новых мощностей состоится в 2029 году. Инвестиции в модернизацию составят около 30 миллиардов рублей. Развивается и альтернативная энергетика: в республике уже работают шесть солнечных электростанций общей мощностью 115 мегаватт.
Но все эти меры требуют времени и огромных инвестиций. А люди хотят стабильного света и тепла уже сейчас. Особенно с учетом того, что зима в Бурятии длится девять месяцев. Поэтому остается только уповать на заверения властей, что в период пиковых нагрузок отключений не будет.
Корень нынешних проблем кроется в недальновидной энергетической политике Бурятии прошлых лет. Сети не обновлялись десятилетиями и достигли катастрофического износа в 80%. Новые генерирующие мощности не строились. И когда грянул бум электроотопления и криптомайнинга, энергосистема Бурятии оказалась к этому совершенно не готова. Теперь приходится расхлебывать последствия в авральном режиме.
В ближайшие годы в столице Бурятии собираются возвести новый жилой квартал, здания Национального музея и театра «Байкал», а также межвузовский кампус. Откуда возьмется электроэнергия для всего этого великолепия, если уже сейчас город задыхается от нехватки мощностей?
Бабр продолжит внимательно следить за развитием событий.
Фото: «Россети Сибирь», правительство Бурятии
