Открытие полицейского класса в Бурятии: что стоит за противоречивыми заявлениями?
На прошлой неделе в социальных сетях появилась информация об открытии профильного полицейского класса на базе второго класса Багдаринской средней общеобразовательной школы в Баунтовском районе Бурятии. В официальной группе районных властей во «ВКонтакте» сообщалось, что в рамках инициативы дети начнут посещать отделы полиции, изучать строевую подготовку и встречаться с силовиками на классных часах.
На одном из первых занятий оперативники даже показывали второклассникам оружие. Хорошее завлекалово, только вот сами полицейские используют оружие крайне редко.
Директор учебного заведения Надежда Загдаева рассказала в СМИ, что школа также заключила договоры о сотрудничестве с Росгвардией и ФСИН. По ее словам, правоохранительные структуры сами обращаются в школы с подобными предложениями. Кажется, подобные предложения должны проходить на министерском уровне, а не по инициативе подведомств.
Однако вскоре после публикации этой новости администраторы группы районных властей удалили запись. Уполномоченный по правам ребенка в Бурятии Наталья Ганькина в комментарии местному изданию «Подъем» опровергла открытие полицейского класса. По ее словам, речь шла лишь об ознакомительной экскурсии второклассников в местное отделение МВД, а «о профориентации, карьерном ориентировании в столь юном возрасте речи не идет». Эти слова полностью противоречат тому, что ранее сообщила директор школы.
История вызвала неоднозначную реакцию в обществе (в том числе на федеральном уровне, из-за чего с опровержением и выступила омбудсмен) и привлекла внимание к проблемам патриотического воспитания в российских школах. С одной стороны, прививать детям любовь к Родине и уважение к правоохранительным органам — благая цель. С другой стороны, возникают вопросы, насколько уместно проводить эту работу со школьниками младших классов и в таких специфических формах.
Эксперты в сфере образования указывают, что дети в возрасте семи-восьми лет еще не обладают достаточной зрелостью, чтобы делать осознанный выбор профессии. Для них гораздо важнее в этом возрасте получать всестороннее развитие, обретать базовые знания и навыки. Ранняя профориентация может негативно повлиять на мотивацию к учебе и привести к однобокому развитию личности. С другой стороны, эти минусы и являются самоцелью для инициаторов такой профориентации.
Настораживает милитаристский уклон подобных инициатив: зачем второклассникам изучать обращение с оружием или проходить строевую подготовку? Такие вещи больше уместны в кадетских классах для подростков, а не в начальной школе. Стоит ли удивляться, что после экскурсии в отдел полиции и демонстрации оружия дети остались довольны? Однако увлечение внешней романтикой силовых структур не равнозначно настоящему патриотизму и любви к Родине.
Кто-то считает, что «чем раньше, тем лучше» и надо с детсадовского возраста готовить детей к службе в армии или полиции, чтобы «потом легче было». Но в семь-восемь лет дети должны оставаться детьми: играть, общаться со сверстниками, познавать мир, а не маршировать строем с автоматом. Как показывает практика, чрезмерное увлечение военно-патриотическим воспитанием далеко не всегда приносит желаемые плоды. Дети могут просто устать от постоянного навязывания.
Также в сентябре в средней школе № 25 Улан-Удэ открыли кадетский класс Росгвардии, где второклассников планируют обучать строевой подготовке и обращению с оружием. От этой идеи власти публично не отказывались, как в случае со школой в Багдарине, но и такой шумихи здесь не было.
Так что скоро полномочия главы минобразования Валерия Позднякова можно будет передать главе МВД по Бурятии Олегу Кудинову. Как раз в новом бюджете 2026-2027 годов государство планирует сократить расходы на здравоохранение и образование. Упразднение целого ведомства сэкономит миллиарды.
Есть и другие причины, по которым работу над насаждением патриотизма среди молодежи хотят отобрать у местного минобразования. В 2023 году бурятские чиновники из этого ведомства разработали государственную программу патриотического воспитания граждан на ближайшие пять лет. Ее проектная стоимость составляет около 298 миллионов рублей из республиканского бюджета. Федеральных средств в ней не заложено. В 2023 году программа предусматривает выполнение мероприятий по патриотическому воспитанию граждан с ресурсным обеспечением в 55,5 миллиона рублей.
Дальнейшее финансирование «патриотизма» будет стоить 60 миллионов рублей каждый год. При этом причины настойчивого внедрения дополнительных патриотических мер непонятны. Например, за последние четыре года в республике число детей, вступивших в Юнармию, выросло на 30%: с 5,5 тысячи до 8,5 тысячи. То есть местные школьники явно не страдают от недостатка патриотизма. Учащиеся школ также регулярно участвуют в соревнованиях, различных праздниках и иных досуговых мероприятиях патриотической направленности.
Бабр предполагает, что за выделением большой суммы денег в эту область скрываются коррупционные мотивы. Дело в том, что определить критерии эффективности расходов на госпрограмму крайне проблематично. Они настолько расплывчаты, что нельзя четко зафиксировать улучшение или ухудшение патриотической ситуации в республике. Возможно, уровнем качества госпрограммы должно стать количество материалов патриотической направленности в СМИ и интернете, но этот показатель не обеспечивает достижение заданного бюджетом результата.
Превращение младших классов в полицейские дивизии — это явный перебор, дискредитирующий саму идею любви к Родине. Хочется надеяться, что случай в Бурятии останется лишь неудачным свернутым экспериментом, а не станет тенденцией.
Бабр продолжит внимательно следить за развитием событий.
Фото: отдел МВД России по Баунтовскому эвенкийскому району
_28213409_b.jpg)
