Экологический демпинг
Пока отдельным олигархам будет позволено изменять законы в своих интересах, мы не добьемся иного отношения к природе от бизнеса в целом.
Строительство БЦБК было запланировано около полувека назад для производства целлюлозного корда для армирования военных авиашин. Уже к окончанию строительства в 1966 году комбинат был не нужен: благодаря новым технологиям промышленность перешла на шины с металлическим кордом. Решения о прекращении загрязнения озера Байкал и перепрофилировании ЦБК принималось неоднократно еще в советское время: в 1977 и 1987 г.
Обязательства по перепрофилированию БЦБК были приняты в связи с включением в число объектов Всемирного природного наследия (1996 г.) и принятием закона об охране озера Байкал (1999). Для реализации ранее принятых обязательств и Закона РФ решение о переходе на замкнутый водооборот было принято в 2001 г., и только после закрытия БЦБК осенью 2008 г. выяснилось, что у Минобороны страны существует потребность в такой целлюлозе в объеме до 400 т в год в течение 2009–2014 гг., что составляет всего 0,3–0,4% (!) годового выпуска беленой вискозной целлюлозы на БЦБК.
Связанные с БЦБК журналисты начали распространять слухи, что комбинат нельзя перепрофилировать, так как без его беленой вискозной целлюлозы прекратится выпуск ракет «Тополь-М» и «Булава». «Вопрос о том, почему в течение семи лет нельзя было за одну неделю работы сделать запас впрок, или заказать ускавшим такую же продукцию другим пяти ЦБК, или, в крайнем случае, закупить материал за границей, остается без ответа», – говорит к.э.н. Ирина Максимова, ученый секретарь научного совета по Байкалу Сибирского отделения РАН.
Начиная с ноября 2009 года сотрудники «Базэла» и вторящее им «чучело научной общественности» из малоизвестной организации содействия деятельности Программы ООН по охране окружающей среды (ЮНЕПКОМ) начинают озвучивать некий странный набор фактов и аргументов о том, что существенный вклад в загрязнение Байкала вносят иные производства, в реальности удаленные от Байкала и несоизмеримые с воздействием на него БЦБК. К сожалению, этот набор подтасованных цифр (взятых, например, за 2008 год, когда комбинат с октября уже прекратил работу) и не относящихся к загрязнению озера (сточные воды Иркутска поступают в вытекающую из Байкала Ангару, 66–70 км ниже по течению и т.п.). 15 марта на заседании попечительского совета Русского географического общества (РГО) были озвучены премьер-министром В.В.Путиным.
Очевидна цель этих заявлений – заретушировать роль БЦБК, на долю которого в 2007 году (до закрытия БЦБК) по данным Государственного доклада «О состоянии озера Байкал и мерах по его охране в 2007 г.» (Минприроды России, 2008, стр. 262) приходилось 86% сбросов в поверхностные водные объекты Центральной экологической зоны Байкальской природной территории. Безусловно, необходимо добиваться соответствия лучшим международным стандартам и от предприятий Приангарья, и от предприятий Монголии и реконструировать очистные сооружения населенных пунктов, расположенных на берегу Байкала. Но пока отдельным олигархам будет позволено изменять законы и нормативно-правовую базу в своих интересах, мы не сможем добиться иного отношения к природе от других компаний и бизнеса в целом. Лоббирование возможностей «экологического демпинга» для конкретного бизнеса – это дискредитация честной конкуренции. Непонятно, почему до скандального постановления правительства РФ № 1 от 13 января 2010 г. проблема загрязнения атмосферного воздуха и стоки с муниципальных очистных сооружений не волновали председателя комитета РСПП по природопользованию и экологии Олега Дерипаску, одного из собственников Байкальского ЦБК.
У собственников БЦБК уже было минимум две возможности решить проблему перехода на замкнутый водооборот, после того как в 2001 г. было принято такое решение. В 2002 г. был согласован заем Всемирного банка в размере $22,4 млн (еще $11 млн должны были внести собственники) по крайне выгодным условиям – 7% годовых на 10 лет (при тогдашней рыночной ставке валютного кредита в 18% годовых), от которого «Континенталь менеджмент», уже перешедший в собственность Дерипаски, впоследствии отказался. Точнее – Всемирный банк, видя отсутствие заинтересованности собственников БЦБК, перестал резервировать средства для БЦБК. Руководитель Минприроды Юрий Трутнев перерезал ленточку при запуске «замкнутого водооборота» комбината только в сентябре 2008 г., после чего комбинат встал. Теперь министр Трутнев и руководитель Росприроднадзора Владимир Кириллов уверяют главу правительства и нас, что Дерипаске нужно еще 30 месяцев якобы для отладки «замкнутого водооборота». Почему теперь мы должны верить им и Дерипаске, если в постановлении правительства нет ни слова о временных ограничениях? Какой стимул у бизнесмена укладываться в им же назначенные сроки? Напомним для сравнения, что «АвтоВАЗ» дважды добивался переноса сроков введения «Евро-4» для автомобилей, производимых в России, а государственные нефтяные компании дважды добивались перенесения сроков реализации постановления правительства о 95%-ной утилизации нефтяного попутного газа. Дополнительные опасения вызывает и тот факт, что 22 марта Красноярский краевой суд оставил без рассмотрения иск Росприроднадзора к Енисейскому ЦБК Дерипаски на 3,1 млрд руб. Причем, причины решения пока не раскрываются.
Сейчас мэр Байкальска и некоторые представители государственной власти говорят о том, что требования экологов о закрытии комбината создают социально-экономическую напряженность в городе. Но ведь решения о перепрофилировании ЦБК принималось неоднократно. Почему никто из ответственных, включая администрацию Иркутской области, мэрию, собственников ЦБК, 49% которых составляет государство, 51% – «Континенталь-Менеджмент», не несут ответственности за то, что в течение 8 лет не были утверждены планы по социально-экономической адаптации города, не были выделены и найдены инвестиции? Почему проблему трудоустройства жителей города стали решать через 1,5 года после того, когда комбинат уже «встал»? Кстати, по экономическим, а не экологическим причинам. Обвиняя экологов, власти и собственники ЦБК перекладывают ответственность с больной головы на здоровую.
К сожалению, логичной кажется многим идея, что комбинат запускают в первую очередь для того, чтобы О.В. Дерипаска смог от него избавится, продав китайцам, – так как неработающий актив продать практически нереально.
С момента залоговых аукционов 90-х прошло 14 лет. У новых собственников старых советских активов уже было время, включая восемь тучных лет, чтобы научиться и стратегическому планированию, и управлению своими активами, включая переход на современные экологически ответственные технологии. Если нынешние собственники так и не научились этому, то на смену им должны прийти другие. Те, которые не будут посягать на объект Всемирного наследия ЮНЕСКО и шантажировать руководство страны социальными последствиями своих управленческих ошибок.
