ЦОУ в мутной воде
4 июня 2009 года в Ангарске состоялись общественные слушания по проекту ЗАО "Центр по обогащению урана" (ЗАО "ЦОУ"), реализация которого предполагается на промышленной площадке обогатительного предприятия ОАО "Ангарский электролизный химический комбинат".
Несмотря на относительную открытость намерений Росатома, за рамками понимания широкой общественности осталось несколько вопросов - в первую очередь это смысл создания ЦОУ как отдельного юридического лица, при существовании эффективно работающего АЭХК.
Попробуем разобраться в хитросплетениях планов Росатома, плотно увязанных с одной стороны, с мифами и домыслами обывателей, и с другой стороны - с крайне сложной ситуацией в российской экономике.
Предельно закрытое и полностью ориентированное на производство ядерного оружия, российское атомное производство после прихода к власти структур, ориентированных на современный капитализм, претерпело разительные изменения. Фактически отказавшись от производства ядерного оружия, российская власть приняла решение использовать оставшиеся ей в наследство от СССР атомные предприятия в мирных целях.
Схема предполагаемого бизнеса достаточно проста: добытая урановая руда обогащается до состояния, пригодного к производству топливных элементов атомных станций, но непригодного для производства ядерного оружия, после чего продается всем желающим - само собой, в рамках ограничений, налагаемых МАГАТЭ. Уровень доходности такого бизнеса, в силу острой востребованности ядерного топлива на мировом рынке, существенно превышает доходность от нефти и газа, что, естественно, делает его крайне привлекательным для Кремля.
Однако все просто оказывается лишь на бумаге. На самом деле запасы урановой руды, пригодные для немедленной добычи, в самой России крайне малы. Их с трудом хватает на перекрытие потребности российских АЭС и реализацию имеющихся договоров по поставкам топлива. В результате Ангарский электролизно-химический комбинат в настоящее время работает едва лишь на одну треть своей мощности. У Росатома имеется несколько рамочных договоренностей с Казахстаном, обладающим крупным месторождением урана - но реального договора еще нет, а президент Казахстана постоянно пытается найти для своего урана более выгодных покупателей либо вообще организовать обогащение на своей территории.
Впрочем, даже если бы сырья хватало на загрузку всего комбината, полученное топливо в форме обогащенного гексафторида урана в крупных масштабах продавать некому. Единственный крупный потенциальный покупатель, имевшийся у России - это Иран, однако эта страна, вопреки требованиям МАГАТЭ, в настоящее время сама создает оборудование для обогащения урана.
Таким образом, пока что совершенно непонятно, будет ли иметься потребность в расширении производства на АЭХК, неважно, в форме ЦОУ или в прежнем виде. В случае, если договоренности с Казахстаном не будут достигнуты, то смысла в ЦОУ нет вообще: ЦОУ является единственной законной формой привлечения иностранного акционера, так как Казахстан не может стать акционером АЭХК.
Между тем, возникает ряд вопросов по принципам организации ЦОУ. Очевидно, что обогатительный завод АЭХК и ЦОУ будут заниматься совершенно одинаковой деятельностью, только лишь в соседних цехах. В условиях отсутствия сырья и покупателей, смысла в увеличении количества дорогостоящих центрифуг для обогащения урана нет - следовательно, есть вероятность того, что центрифуги АЭХК будут просто переданы ЦОУ. А это означает, что основные капиталы будут выведены из-под стопроцентного государственного контроля в некое совместное предприятие. Имеется масса примеров, когда такая операция приводила к передаче производства в какие-то частные руки, что, естественно, может иметь самые непредсказуемые последствия.
В случае, если у Росатома все-таки все планы, что называется, "срастутся", то возникает вопрос по экологической безопасности нового предприятия. В планах Росатома - увеличение производства обогащенного гексафторида урана минимум в четыре раза - что будет означать вчетверо выросшую потенциальную опасность для жителей прилегающих к заводу территорий. Хотя весь цикл обогатительного производства не является взрывоопасным, так как обогащение происходит без воздействия высоких температур и при пониженном давлении (за исключением процесса синтеза гексафторида урана, происходящего путем сжигания оксида урана в пламени фтора и водорода), однако хранящийся на складе готовой продукции гексафторид, обогащенный до 5% по урану-235, является потенциально опасным веществом. Несмотря на относительно низкую радиоактивность пятипроцентного урана, ошибки в его хранении, особенно в больших количествах, теоретически могут привести к неуправляемой цепной ядерной реакции, термическому взрыву и, как минимум, химическому загрязнению.
Кроме того, увеличение объемов производства ядерного топлива приведет к ускоренному накоплению отвального гексафторида урана, которого уже сейчас накоплено на территории комбината около 250 тысяч тонн. Даже при нормальных условиях, разгерметизация десятитонного контейнера с гексафторидом приводит к высокому риску для окружающих, так как гексафторид чрезвычайно ядовит, а его максимальная разовая концентрация составляет 0,6 мг/м^3. Как признают российские атомщики, вероятность разгерметизации контейнера с гексафторидом составляет 0,01% - то есть, при наличии на площадке АЭХК 25 тысяч контейнеров, в среднем в год разгерметизации подвергается два с половиной из них.
Согласно "Концепции безопасного обращения с обедненным гексафторидом урана", составленной Росатомом в 2001 году, при разгерметизации одного контейнера образуется около тонны соединений урана в летучей форме, что может привести к возможному заражению территории в 3 квадратных километра. Несмотря на то, что потенциальная зона заражения в случае аварии не выйдет за пределы предприятия, однако сам факт подобной потенциальной опасности в черте большого города не может не вызвать серьезных опасений. Для решения этой проблемы на АЭХК предполагается внедрение комплекса "Кедр", который преобразует гексафторид урана в менее опасный тетрафторид. Экспериментальный запуск установки планируется на 2012 год.
Естественно, у Росатома нет другого выхода, кроме создания нового производства на площадке АЭХК: строительство завода "на пустом месте" и в значительном отдалении от подготовленных кадров приведет к неоправданным затратам и сделает его совершенно нерентабельным. С другой стороны, положительных моментов для региона от реализации ЦОУ настолько мало, что негативная составляющая может значительно перевесить чашу весов. На прошедших слушаниях отмечалось отнюдь не позитивное восприятие местными жителями перспектив создания ЦОУ: в современных условиях туманными обещаниями увеличения числа рабочих мест и поступления налогов можно привлечь только очень наивного человека.
