О кризисе, реструктуризации экономики и аэропорте «Шереметьево»
На протяжении последних лет правительство РФ неустанно хвалилось ростом капитализации российских компаний и усилением их роли на международном фондовом рынке. Но грянул кризис, и оказалось, что стране нужны не условные капиталы, надутые кредитами западных банков, а реальные предприятия, выпускающие продукцию и обеспечивающие занятость населения.
Прозрение как будто наступило: сейчас премьер и президент говорят о необходимости реструктуризации всей мировой экономики и построении её на новых принципах. Учить, как известно, легко, а вот показать на примере собственной страны, что и в какую сторону необходимо менять, – и сложно, и боязно – деловая и чиновничья «элита» могут не понять.
Какие преобразования нужны национальной экономике - вроде бы всем очевидно: создать как можно больше несырьевых предприятий, способных наполнить внутренний рынок товарами первой необходимости, дать людям рабочие места и стабильный доход. Неэффективные компании, чьё существование поддерживалось исключительно за счёт финансовых пирамид, должны исчезнуть, - только так мы сможем получить новую экономику, устойчивую к кризисам, подобным нынешнему.
Но что мы видим в действительности? Вместо того, чтобы бросить все силы и средства на восстановление реального сектора экономики, правительство заняло выжидательную позицию в надежде на то, что Запад, решив свои проблемы, вновь начнёт выдавать дешёвые кредиты, которые реанимируют и российскую банковскую систему, а США устроит очередную войну в нефтедобывающем регионе, и цены на сырьё вновь поднимутся, наполнив российский бюджет нефтедолларами.
Подобная позиция делает Россию зависимой от целого ряда «если». Что будет, к примеру, если кризис затянется, если цены на сырьё в ближайшие годы не вырастут и, наконец, самое ужасное (хотя и маловероятное): что будет, если Европа и США сделают правильные выводы, перестанут строить финансовые пирамиды и действительно переориентируют свои экономики на новые принципы. На каких задворках цивилизации в таком случае останется Россия, даже трудно себе и представить. Ну и, наконец, для России это всё-таки унизительно - оставаться сырьевым придатком Запада, тем более, что у неё есть другой путь развития, и сейчас самое время на него переориентироваться.
Однако, как уже говорилось выше, правительство, вместо того, чтобы поддержать эффективные предприятия, не использовавшие в своей хозяйственной практике спекулятивные «дутые» капиталы, и на их примере реструктурировать экономику, спасает именно финансовый сектор, а точнее финансовые пирамиды.
Почему это происходит? В первую очередь, думается, потому, что власть недооценивает остроту нынешнего кризиса, она слепо верит в то, что через два-три года всё утрясётся и всё вернётся «на круги своя». Между тем, подобного кризиса за всё историю человечества ещё не было. Были периоды депрессий в США, Италии, Германии, СССР, но это были трудности отдельных государств, они не имели глобального масштаба.
Природу сегодняшнего кризиса не знает ни один экономист; самое распространённое объяснение – он многокомпонентен. Среди ряда причин, его породивших, называется проблема перепроизводства и условного капитала. Если следовать учению Карла Маркса, чьё имя в последние дни вновь стало актуальным, следующим этапом для человечества должен стать переход от капитализма к коммунизму. Если же следовать логике религиозных мыслителей, общество должно стать более духовным и пойти на добровольное самоограничение своих потребительских интересов. При этом очевидно, что ни к тому, ни к другому современное общество не готово.
Аналитики называют и другие сценарии дальнейшего развития событий, среди которых либо мировая война и передел ресурсов, либо затяжная депрессия, а затем её повторение через каждые 5 лет. Но давайте оставим мировые проблемы и обратимся непосредственно к России.
Парадокс состоит в том, что для нашей страны проблема перепроизводства (когда товара выпускается больше, чем население способно купить) нет, т.к. у нас и производства-то почти не осталось, мы не способны обеспечить себя даже самыми необходимыми товарами. Поэтому нам и голову ломать не над чем; нужно производить, а мыльным финансовым пузырям разрешить лопнуть - вот и вся антикризисная политика.
Между тем, российские олигархи стремительно теряют свои миллиарды, пугают правительство массовыми увольнениями рабочих и обивают пороги кремлёвских кабинетов, выпрашивая у государства помощи на поддержание своего олигархического статуса. И ведь не совестно, и ведь не стыдно им стоять с протянутой рукой… А почему? Не потому ли, что эти ребята никудышные управленцы и уж точно никакие не акулы бизнеса; без государства они никто, и звать их никак?
Эти люди в своё время урвали кусок национальной собственности, после чего занялись активным наращиванием активов, под которые привлекали кредиты зарубежных банков, выпускали акции и выходили с ними на фондовые рынки, а попутно, выигрывая через подкуп должностных лиц государственные тендеры, осваивали бюджетные средства. Однако ситуация неожиданно изменилась - ширма, на которой был изображён лоск, шик и глянец, разодралась, обнажив неприглядную реальность.
Один только Олег Дерипаска с момента начала кризиса всего лишь за несколько месяцев потерял 40 млрд долларов. Не слишком ли быстрые и колоссальные потери для якобы успешных корпораций? А что же будет дальше? Может быть, усыновление олигархов-неудачников российской властью и посажение их на госдотации, а точнее, на шею пенсионерам, инвалидам и всем остальным гражданам страны? Над таким предположением, наверное, можно было бы посмеяться, если бы правительство не демонстрировало, что именно так оно и планирует поступить.
На днях Минэкономразвития включило миллиардера Михаила Прохорова в качестве госпредставителя в список членов совета директоров «Международного аэропорта Шереметьево» (ОАО «МАШ»). По информации, просочившейся в СМИ, правительство надеется, что первейшие топ-менеджеры России, умело ведущие свой бизнес, помогут государству улучшить управление госкомпаниями. Подобная формулировка звучит и смешно и цинично, если учесть, что весь опыт управленцев, подобных Прохорову и Дерипаске – это построение финансовых пирамид за счёт кредитов, привлечённых под активы, и господрядов, полученных коррупционным путём.
Сегодня все международные кредитные «лавочки» закрыты, а инвестиционная активность близка к нулю … Так чем же, спрашивается, будет заниматься Прохоров в Шереметьево? Вывод напрашивается незамысловатый – в России началось внедрение олигархов в госкорпорации. Кому и сколько заплатят недавние герои Forbes за возможность быть поближе к бюджетным потокам, неизвестно, но то, что для них это гораздо удобнее, чем оставаться в бизнесе, – очевидно.
Между тем, проблема состоит даже не в том, что кто-то в лихую годину будет пить народную кровь, - паразитов в России всегда хватало, а в том, что такая концепция спасения олигархических капиталов не позволит российской экономике адекватно отреагировать на кризис и соответствующим образом реструктуризироваться. А значит, экономический спад для нашей страны может затянуться на 5 и более лет, имеющихся ресурсов на такой срок может просто не хватить.
Какой логикой руководствовалось Минэкономразвития, включая «сырьевика» и «металлурга» Прохорова в список членов совета директоров международного аэропорта «Шереметьево», совершенно непонятно. Ведь есть же перед глазами печальный опыт «железнодорожника» Игоря Левитина, взявшегося управлять авиатранспортной отраслью, не имея о гражданской авиации ни малейшего понятия. Так чем же Прохоров отличается от Левитина в плане профессионализма?
Впрочем, не будем наивными, т.к. в данном случае решения министерства определили скорее частные интересы, а не здравый смысл или чьи-то профессиональные знания.
Если бы чиновники из Минэкономразвития действительно хотели, чтобы аэропорт «Шереметьево», чьи акции принадлежат государству, соответствовал международным стандартам, они для начала должны были бы посчитать, какие средства были затрачены ОАО «МАШ» на его реконструкцию, и какой результат получили в итоге. По оценкам иностранных туристов Шереметьево до сих пор остаётся худшим аэропортом московского авиаузла.
Отсюда следует вывод: привлечь деньги – не главное для гражданской авиации, их надо ещё суметь грамотно потратить, в соответствии с целевыми задачами. А, следовательно, необходимы компетентность и опыт. Лучший выход для государства, желающего спасти стратегический объект «Шереметьево» от разорения, – это на конкурсной основе назначить технического оператора, т.е. компанию, которая более эффективно организует аэропортовую деятельность, обеспечит скорость и качество обслуживания как судов, так и пассажиров.
Вхождение Михаила Прохорова в совет директоров ОАО «МАШ» вряд ли улучшит плачевное состояние аэропорта. Возможно, мы увидим кадровые изменения в управлении, но не увидим повышения качества. Дело в том, что «Международному аэропорту Шереметьево» нужны комплексные информационно-технологические решения и принципиально новая концепция развития, а не борьба за полномочия и поддержку из госрезервов.
