Экономическая дезинтеграция СНГ

На бывшем «постсоветском пространстве» фактически запущены механизмы политической и экономической дезинтеграции. Основной импульс дезинтеграционным процессам придала Россия во время известных энергетических войн с Украиной, Грузией и Беларусью, ужесточением миграционного законодательства и ущемлением прав трудовых мигрантов.

Теперь этот импульс подхвачен и в других странах СНГ. Кабинет министров Кыргызской Республики выпустил постановление, согласно которому с 1 апреля 2007 года иностранные граждане лишаются права торговать оптом и в розницу в торгово-рыночных комплексах, рынках, мини-рынках и нестационарных торговых комплексах. В стационарных торговых комплексах: торговых центрах, супермаркетах и гипермаркетах иностранным гражданам предоставлена квота 10%.

Несмотря на уверения председателя Госкомитета КР по миграции и занятости Айгуль Рыскуловой, что эта мера не является ответной мерой на аналогичные российские запреты, все же ее связь с российскими запретами на работу для иностранных граждан в сфере торговли совершенно очевидна. Даже если это ограничение занятости иностранных граждан в торговле действительно не является ответом, то, во всяком случае, понятно, что подобная инициатива в Кыргызстане принята под влиянием российского примера.

В принципе, это второй шаг по ограничению занятости иностранных граждан в Киргизии. !9 сентября 2006 года Кабинет министров утвердил новые правила занятости, согласно которым иностранцы были разделены на четыре категории: руководитель, специалист, квалифицированный работник и индивидуальный предприниматель. Постановление установило максимальные сроки работы в Кыргызстане для квалифицированных работников 2 года, для индивидуальных предпринимателей – 3 года.

Теперь, в связи с новыми условиями работы в торговле, иностранные предприниматели должны распродать товар и очистить рынки. Если кто не успеет, то тому помогут сотрудники МВД Кыргызстана.

Это не единственный пример того, как Россия подавала примеры дезинтеграционной политики. Например, Узбекистан перенял российскую тактику выкручивания рук потребителям газа и навязывания им высоких цен. Жертвами этой политики стали Кыргызстан и Таджикистан, которым это повышение цен было навязано. Жесткая политика Узбекистана в энергетической сфере явилась одним из факторов возникновения зимнего энергетического кризиса в Таджикистане.

Не так давно произошел еще более характерный случай. Компания «Роснефть» подала заявку на первый квартал 2007 года на транспортировку 1,2 млн. тонн нефти на экспорт в Китай через казахстанский нефтепровод Атасу-Алашанькоу. Однако Минпромэнерго России и «Транснефть» отклонили эту заявку, разрешив компании прокачать 200 тысяч тонн нефти на Павлодарский НПЗ в Казахстане. Хотя о возможности экспорта нефти в Китай по казахстанскому трубопроводу много говорилось, и президент «Транснефти» Семен Вайншток в октябре 2006 года заявлял о том, что по этой трубе в 2007 году будет транспортировано около 7 млн. тонн российской нефти.

Иными словами, в этом вопросе налицо явное противоречие между риторикой, в данном случае, экономического сотрудничества России и Казахстана в транспортировке нефти, и реальными действиями правительства. Реально правительство фактически запретило «Роснефти» пользоваться казахстанским трубопроводом.

Примеров можно привести еще достаточно много, но уже сейчас видно, что Россия, на словах придерживаясь риторики интеграции, сохранения «единого пространства», по существу же выступает в качестве «законодателя мод» в дезинтеграционной политике. Повышение цен на энергоносители, жесткая тарифная политика, введение трудовых квот, ущемление прав трудовых мигрантов и депортации иностранных граждан – все это сначала появилось в России, а только потом стало расползаться по другим странам СНГ. В свете этого процесса можно сказать, что вся эта интеграционная риторика, которой иногда пользуются российские политики и представители в разных международных организациях, по меньшей мере, ни на чем не основана и представляет собой пустое сотрясание воздуха.

Охарактеризовать реальную экономическую политику России в СНГ достаточно трудно, поскольку в условиях серьезного расхождения слов с делами нельзя просто взять документы и заявления и составить представления по ним. На словах в России все чиновники и политики – горячие сторонники немедленной интеграции с бывшими союзными республиками.

Но если составить представление по реальным делам, то картина будет совершенно другая, и политика России состоит в том, чтобы продавать энергоносители по мировым ценам (даже насильно), в ответ закрывая свой рынок от товаров этих стран.

К примеру, Россия предложила Грузии покупать газ по 230 долларов за тысячу кубометров, запретив ввоз в Россию вина, минеральной воды, фруктов. Политика наценки газа для Беларуси также сопровождалась негласным сокращением допуска белорусских товаров на российский рынок. Очень мало продается в России украинских, казахстанских, азербайджанских товаров, практически нет киргизских, узбекских и таджикских. В общем и целом – это старый, добрый и давно вышедший из употребления меркантилизм.

При подобном подходе к делу, разумеется, никакого места никакой экономической интеграции, ни со странами СНГ, ни с мировым сообществом (что объясняет необычайно сильную и продолжительную истерику в России по поводу ВТО), не остается. Кругам, которые определяют направление внешней экономической политики России, интересны только чистые доходы, более ничего их не волнует.

Еще два-три года назад казалось, что сближение стран СНГ с Россией не имеет других альтернатив. Теперь положение с точностью наоборот. Как раз сближение с Россией или невозможно, или крайне невыгодно. Теперь любой другой партнер для стран СНГ гораздо выгоднее, чем Россия. Своей меркантилистской политикой Россия не оставляет для стран СНГ выбора, и толкает их к более тесному экономическому сотрудничеству с Европой, США, Китаем, арабскими странами.

По итогам энергетических и торговых войн обозначились следующие результаты. Украина выбрала для себя в качестве приоритетного партнера Евросоюз. Грузия и Азербайджан создали энергетический блок с Турцией, который также ориентирован на Евросоюз. Казахстан подписал соглашение о долгосрочном экономическом партнерстве с Китаем и поддерживает южнокавказский энергетический блок. Кыргызстан вступил в ВТО, выбрав открытую международную торговлю. Таджикистан налаживает отношения с Ираном и Китаем. Узбекистан давно сотрудничает с Южной Кореей, а Туркменистан готов продавать свои товары всем желающим.

Складывается ситуация в СНГ, когда уже и самой России не находится места в этой стихийно складывающейся экономической системе. Далеко не все страны зависят от российских энергоносителей, да и есть другие поставщики, далеко не всем странам нужны российские товары. Закрытость российского рынка заставляет торговать в других местах. Российский меркантилизм во внешней торговле ведет к тому, что страна выпадает из экономических связей в регионе и становится страной-изгоем.

Этот процесс в самом начале и еще очень трудно спрогнозировать, что именно он принесет России и как именно отразится на жизни каждого россиянина. Но, во всяком случае, ничего хорошего от этого ждать не приходится. Выпадение из экономических связей чревато тем, что энергетический экспорт – нынешняя единственная опора российской экономики, будет сокращаться со всеми катастрофическими последствиями и затяжным экономическим кризисом.