Русский характер: власть
Демократия – это не наше. Это еще подметил доктор Рудольф Штайнер, знаменитый антропософ и кумир русских хиппи. Он, конечно, сегодня для нас не авторитет, да и открыл он несоответствие нам демократии не сейчас, а в начале прошлого века, но поглядим на русскую жизнь!
И обнаружим, например, свидетельство русского писателя-натуралиста Михаила Пришвина, который вел дневники, проживая при начале советской власти в сельской местности, в каковых дневниках увлекательно пишет, как русский народ, еще даже не попорченный безбожниками, проводил первые выборы сельских советов и как норовил выбрать себе в начальники бездельника или уголовника, особенно если тот недавно освободился и прибыл, рваный, из Сибири.
Потому что, объясним такую позицию, надо же где-то человека применить! К хозяйству он явно негодный – или спать будет, или растащит все и продаст, а тут хотя бы на виду, особенно и не напортит, и при деле, не шарит по селу.
Еще такой момент: бездельники и мошенники обычно складно говорят, или, по-старому, врут, что доставляет односельчанам отдельную радость. Такая вот, значит, демократия.
В частности, поэтому власть сама себя назначает. И тут появляются всякие любопытные особенности.
Проницательный читатель, должно быть, прежде меня обратил внимание на то, что функциональные должности по большей части в нашей необъятной родине заняты женским трудовым капиталом, в то время как чуть начальственная позиция – и непременно мужик сидит. Хотел бы я, конечно, сказать, что это просто бабы берегут нас, хрупких, но во-первых, об этом особый разговор, а во-вторых, не берегут.
Женщина обычно не стремится к формальному посту, ей довольно и подспудного управления, как в семье; мужчина же жаждет рычагов власти, пусть даже это всего лишь шлагбаум в чистом поле, – так ему открываются дополнительные возможности самовыражения, без которых русский мужик не живет.
Дело, разумеется, не в деньгах, потому что деньги – это тоже не наше, дело опять-таки в творчестве и свободе, так присущих русскому мужику, которые внешне проявляются тем, что перед некоторыми шлагбаум он открывает всегда, перед некоторыми – иногда, а перед самыми некоторыми – никогда не открывает.
Отсюда, кстати, проистекает и так называемая коррупция, которую нам всемирно ставят в вину. А люди-то, как мы все знаем, в действительности получают плату за красоту управленческих решений, тонкое понимание ситуации, за отчаянный риск и истовое служение обществу. Страна-то большая, глаз да глаз нужен.
И вот теперь спрашивается: к чему тут демократия? Выбранный случайно, из глубины населения человек прежде всего не умеет обращаться со шлагбаумом; ему никак не ясны тайные пружины, которые двигают эту палку вверх и вниз; он не умеет отличить настоящего чужака от чужака условного и тем более от свояка. Демократу инструкции подавай!
А по инструкции – каждый дурак может, именно поэтому инструкции существуют только в устной форме и очень часто меняются.
Русская власть в последнюю очередь направлена на функциональность. В ее задачу входит всемерное сокрытие от населения собственной деятельности, поскольку она, эта деятельность, направлена на улучшение благосостояния населения. А если русское население будет знать, как конкретно улучшается его благосостояние, оно непременно почувствует несправедливость и будет возмущено.
И к чему это нам всем, спрашивается?
