Нелюди в коридорах власти ведут мир в последнюю пропасть
Никогда нельзя обольщаться на счет тех, кто стоит у власти. Даже в самом «лучшем случае» там могут находиться лишь более ловкие и искусные «делатели хорошей мины». И несомненно одно: во всех этих «лабиринтах власти» всегда снует редкая сволочь – исключительно свободная от каких-либо моральных устоев, но «зато» необычайно жестокая, публика.
В настоящее время самым престижным и относительно безопасным местом отправления насилия является бесконтрольная власть. Процесс оттеснения предельно жестоких и откровенно безрассудных хищных гоминид от власти и контроль за действиями власть имущих в свое время был начат на Западе.
Вернее, от власти были отстранены почти все суперанималы (ушедшие в мир т.наз. организованной преступности), и их сменили расчетливые и коварные суггесторы. А к незначительным постам получает доступ и диффузный вид, – те его представители, которые удачно вписываются в канву интересов верховных правителей (в основном от них требуется послушность, нерассуждающая готовность к исполнению любых приказов).
Взаимоистребление хищных гоминид переместилось здесь на поверхность общества. Гангстерам, насильникам всех «родов войск», проходимцам всех мастей предоставлено обширное поле деятельности, но точно так же может быть обилен и «урожай». Все эти максималисты человеконенавистничества, нравственные монстры сосуществуют с обществом, и хотя подобное соседство болезненно для социального организма, но тем труднее оказать на него кардинальное воздействие.
В тоталитарных же обществах все наоборот. Хищные гоминиды не имеют возможности безнаказанного совершения насилия нигде, кроме как находясь в коридорах власти.
И они с неотвратимостью продвижения чудовищ там и оказываются. Если, конечно, – не в тюрьме; но, к сожалению, как и всякий счастливый исход событий, подобное случается реже. Пробравшись к власти, хищные гоминиды проводят политику, которая изнутри корежит сознание людей и всего общества, хотя внешне все может быть прикрыто косметикой псевдореформ и социальные витрины украшены муляжами благоденствия.
При такой зависимости большинства населения от принудительных мер и произвола авторитарных бесконтрольных властей у людей порождаются такие психологические свойства, как пассивность, озлобленность, неуважение к человеческому достоинству и т.п. «духовные богатства».
Собственно, такой размах преступности на Западе означает лишь то, что большинству «оппозиционных» хищных гоминид нашлось занятие «по душе» вне структур государственной власти, и их по мере сил отлавливают. Но естественно, что они все же никогда не оставляют своих попыток пробраться к рычагам власти на любом возможном уровне. Это даже можно считать программой-максимум, сверхзадачей преступного мира (как бы «дело реставрации власти суперанималов».
Достаточно вспомнить все те многочисленные случаи захвата власти уголовниками-диктаторами, озверелыми хунтами, не говоря уже о всепроникающей коррупции, доходящей до «сиамско-близнецового» сращивания государственных структур с мафиозными. Это и делает жизнь «свободного мира» (а теперь, и жизнь нашего «реформируемого» несчастного экспериментального общества) похожей на некий муравейник – полностью, насквозь пронизанный преступными, корыстными ходами.
Так что никогда нельзя обольщаться на счет тех, кто стоит у власти. Даже в самом «лучшем случае» там могут находиться лишь более ловкие и искусные «делатели хорошей мины». И несомненно одно: во всех этих «лабиринтах власти» всегда снует редкая сволочь – исключительно свободная от каких-либо моральных устоев, но «зато» необычайно жестокая, публика. Это всегда может быть чревато самыми страшными последствиями, ибо среди этой своры действительно немало таких субъектов, которые были бы и впрямь не прочь полюбоваться гибелью человечества. Внутренний мир любого представителя этого мрачного хищно-гоминидного контингента откровенно чудовищен.
В свете обрисованной в основных своих чертах концепции существования кардинальных, видовых различий в человеческом семействе совершенно по-иному, более отчетливо и ясно, видятся все основные вопросы социологии, истории, психологии, религии и т.д. Если это и не новый уровень, то, по крайней мере, – это новая и более определенная позиция, позволяющая ставить более конкретные и емкие вопросы Бытию.
Если воспользоваться каламбурным подтекстом «вся жизнь – игра», то станет ясно, что наша новая позиция соответствует в карточных играх моменту вскрытия прикупа. Это «новое знание» может оказаться весьма существенным для дальнейшей судьбы человечества, если действительно удалось «копнуть» глубоко.
Но так как это новое знание носит дискредитирующий и далеко не лестный для людей характер, никак не способствующий его позитивному восприятию, и кроме того оно явно невыгодно суперанималам и суггесторам, то естественно ожидать стремления оставить это знание навсегда в прошлом: «зарыть прикуп, не содержащий козырей». Этой цели, в частности, служат и все те многочисленные современные социальные теории и рекомендации, в которых вопрос антропогенеза попросту обходится, а различия между людьми объявляются несущественными.
На первый взгляд, так оно и есть. Наблюдая незнакомых людей, – на улице, в транспорте, в «присутственных местах», – и невольно стараясь выделить среди всех них тех самых наших «страшных знакомцев», хищных представителей человеческого семейства: суперанималов (сверхживотных, нелюдей) и суггесторов (псевдолюдей, оборотней), как-то не получается однозначности и определенности. И сразу же возникает ощущение неверия в собственную теорию: не верится, что такое возможно в действительности - человечество-де не является единым видом.
Испытываешь какое-то душевное облегчение, ощущение того, что вся эта твоя антропологическая теория – не что иное, как некий околонаучный прилитературный курьез, эссеистский надуманный вздор. И что человечество это, конечно же, единый братский вид, все люди примерно одинаковы, врожденные различия ничтожны, а все существующие отличия между ними определяются средой, воспитанием, воздействием общества, что имеется лишь разница в темпераменте, в интеллекте – вот отсюда-то и происходят все поведенческие отклонения от статистической нормы у иных взрослых индивидов.
Но тут же, невольно вспоминая всю ту нескончаемую ни на секунду череду насилия в мире, его кровавую поступь, представляя себе жуткую чехарду властных чудовищ всех времен и народов, всех монстров в человеческом обличье, так же поневоле приходится признавать, что, к сожалению, все так и есть. Именно так страшно и обстоят дела в этом «прекраснейшем из миров». И как хотелось бы, чтобы все эти кровавые демонстрации, парады хищного поголовья человечества, – именно они бы! – оказались неправдой, кошмарным сном, но... Но и здесь – тоже «но»...
Так что все эти наши «но» весьма реальны, хотя основательность их лежит несколько глубже. То, что внешние яркие видовые различия отсутствуют, то, что они не бросаются сразу же в глаза, есть явление такого же порядка, как и несомненная «очевидность» геоцентричности: удивительно, наоборот, то, что здравый рассудок все же усомнился в столь «неопровержимом факте», что Солнце вращается вокруг Земли. Ведь это же можно лицезреть ежедневно невооруженным глазом!... Требуется некоторое умственное, логическое построение, нужно «в уме» остановить Солнце и поставить на свое заслуженное место возомнившую о себе Землю...
Точно так же и с видовыми человеческими различиями. Необходимо вспомнить, что вся эта хищная шатия-братия и не должна здесь находиться, ибо здесь им делать совершенно нечего. Все они не здесь – пастухи не толкутся в тесноте стада, волки не спят в овчарнях, они всегда поодаль.
И действительно, достаточно включить телевизор или радио, развернуть газету, чтобы увидеть и услышать сообщения о последних перемещениях и деяниях хищных гоминид. Саммиты-брифинги, пресс-конференции, дилеры-киллеры, исчезновения людей, взрывы бомб, взятия заложников террористами, убийства конкурентов предпринимателями, нарушения политиками перемирий в необъявленных войнах. На телеэкранах мелькают все эти хитрые рожи суггесторов: сенаторы, министры, аферисты... Газеты еще недавно пестрили радостными сообщениями о всех этих ТИБЕТских ЧАРАх ХОПеРов, МММов и прочих ВЛАСТИЛИН «нового русского» общества.
Суперанималов гораздо меньше, и поэтому их чаще изображают, нежели показывают «живьем», в натуре. Если же подобное происходит, то обычно как бы задним числом, чаще всего – это кинохроника, типа многочасового телесериала «Самые громкие преступления XX века». В художественном же показе суперанималов расстаралось киноискусство и иже с ним конъюнктурная, коммерческая литература. Все это превеликое множество боевиков, триллеров, вестернов, детективов является не чем иным, как невольным, неумышленным, но достаточно близким приближением к реальному медицинскоклиническому и криминальному описанию поведения хищных гоминид.
Уже давным-давно пришла пора довести до всеобщего сведения всю эту «историю с человечеством» и достичь осознания простыми людьми той духовной пропасти, которая изначально лежит между ними и заправляющими в этом мире хищными гоминидами.
Нужно отметить, что понимание этого кардинального различия давно уже носится в воздухе, существуют сотни и тысячи описаний и фиксаций на каждом шагу его проявлений.
О трех врожденных «пружинах человеческих действий» «злобность», «эгоизм» и «сострадание» – писал еще А.Шопенгауэр. Российский педагог П.Ф.Лесгафт в своих неоценимых (и до сих пор неоцененных по достоинству) наблюдениях над детьми выделил т.наз. «школьные типы». «честолюбивый», «лицемерный» и «добродушный». В.А.Пьецух писал о «дурнях» и «сумасшедших» – о конформном народе и безумно безнравственных политиках, соответственно. Даже Папа Римский (уж кто-кто!), и тот как-то заявил, что он «пришел к убеждению, что в человечестве сосуществуют несколько родов абсолютно различных существ». Все это, собственно, есть не что иное, как именно описание с самых разных позиций одного и того же феномена: существования врожденных видовых различий в человеческом семействе. Так что уже полностью назрела необходимость более четкого формулирования и сведения воедино огромного количества разрозненных фактов и свидетельств видовой неоднородности человечества, что и сделала предложенная концепция наличия видовых различий.
Конечно, сделано это далеко не самым лучшим образом, можно сказать, лишь в «черно-белом варианте», ибо здесь требуются совместные усилия сонма ученых, представителей самых различных дисциплин: психофизиологов, молекулярных генетиков, психогенетиков, биологов, специалистов в математическом моделировании и многих других. Но, тем не менее, эта концепция достаточно значима, и главная сила ее именно в компилятивности, понимаемой здесь, как удача в собирании из разрозненных кусочков и фрагментов некой цельной картинки, по своей сути сравнимой с фотографией, полностью изобличающей давно разыскиваемого, чудовищно опасного преступника.
Результаты подобного прозрения человечества могут стать впечатляющими. Вполне возможно, что это и вызовет поначалу жуткую реакцию со стороны хищных гоминид, похожую по своим внешним признакам на беготню крыс и суетню тараканов при включении, наконец-то, света в мерзко запущенном жилище. Суггесторы, конечно же, немедленно попытаются мимикрировать: переориентироваться на 180 градусов, по типу «держи вора!». Но счастье человечества в том, что хищных гоминид все же в большинстве своем можно определять, их «видно» – «Бог шельму метит». По жестокому и хитрому выражению глаз, по естественному, ненаигранному властному поведению, по ощущению психологического давления с их стороны...
Конечно же, все такие методы имеют опосредованный характер, но все же это – лучше, чем ничего, и ими надо постоянно пользоваться простым людям, вовремя остерегаясь иметь дело с хищными гоминидами. Это как бы несколько выровняет позиции, ибо дело в том, что хищным гоминидам уже «с младых когтей» присуще раннее видовое самоосознание: непосредственное, можно сказать, инстинктивное ощущение своего превосходства, возможности оказывать психическое давление на окружающих, и непреодолимое желание делать это. Поэтому, в конце концов должен будет оформиться некий, социальный бойкот хищных гоминид.
Чего только стоят все эти маньяки одиночку режущие и душащие женщин и детей, потрошители всех времен и народов, вышедшие на звериную тропу своей «свободы». И совершенно справедливо медэксперты признают их нормальными, т.е. здоровыми: у них действительно нет ни малейших психических патологий или каких-либо умственных (рассудочных) расстройств. У них есть рассудок, но у них нет разума, т.е. у них напрочь отсутствует третья сигнальная система. Хищные гоминиды морально невменяемы, и то, что их расстреливают, сажают на электрический стул, вешают, гильотинируют, с позиции нехищных людей совершенно справедливо.
В то же время эффект этого отстрела, вместе с прочими «техническими выбраковками», совершенно ничтожен для достаточного «очеловечивания человечества», ибо устраняются всего лишь немногие «сдуру выскочившие на свет», не смогшие удержаться в социальных структурах, в то время как большинство их «коллег по зверству» оставшихся на «боевых» постах(!), орудуют не менее чудовищным образом.
До тех пор, пока хищные гоминиды и всевозможные /полу/сумасшедшие видовые гибриды не будут «профессионально» переориентированы и отстранены от любой работы с людьми, и вообще «взяты на заметку», так оно и будет все по-прежнему: продолжится страшный, но уже недолгий, путь человечества в уже последнюю – пропасть, полагает Vlasti.net.
